Владимир Бутенко: «Ты должен быть убедителен в каждом дубле»

В гостях у журнала «Полиция России» актёр, музыкант Владимир Бутенко.

Активно проявил себя как автор и исполнитель, в арсенале которого уже более двух десятков собственных песен, включая треки «Когда мужчина любит женщину», «92 дня», «Славься, Родина», «В лабиринте», «Я устал быть одиноким», «Лампочки», «Аритмия», «Братская душа» и другие, звучащие на авторских радиостанциях и доступные на музыкальных площадках.

– Владимир, вы человек разносторонний: и актёр, и музыкант, и фитнес тренер, и даже были пожарным. Начнём со спорта: что он значит в вашей жизни?

– Ещё в школе занимался волейболом, баскетболом, лёгкой атлетикой, спортивным ориентированием. В карате брал призовые места на областных соревнованиях. Карате – это целое искусство, которое ещё и духовно развивает. Например, меня оно научило дисциплине и самоконтролю, поэтому я никогда не дрался на улицах.

Примерно в семнадцать лет стал «качаться»: тогда это были подвальные залы, типичные для конца 90-х. Несмотря на хорошую технику и жилистость от занятий карате, я был очень худым: при росте 180 сантиметров весил всего 60 килограммов. Время тогда было особенное: видеосалоны, экшн фильмы, культ Шварценеггера, Сталлоне, Ван Дамма. Хотелось выглядеть, как они, соответствовать этой эстетике силы.

Я видел, что профессиональный спорт часто строится на сверхнагрузках, что в долгосрочной перспективе вредит здоровью. Мне такой путь не был интересен. Изучал анатомию, биохимию, биомеханику. Впоследствии, работая фитнес-тренером, старался искать индивидуальные решения: например, подбирать упражнения без компрессионной нагрузки, если она противопоказана. Для меня спорт – это не про медали, а про систему ценностей, дисциплину, уважение к своему телу и к другим людям.

ФОТО: из архива Владимира Бутенко / На тренировке с коллегами Романом Курцыным и Владиславом Дёминым.

– Расскажите о моменте, который расставил в жизни всё по местам – и вы стали актёром?

– Ещё в детстве постоянно говорил: «Хочу стать актёром». Меня всегда тянуло к творчеству: участвовал в школьных спектаклях, вёл городские новогодние ёлки в ДК. В 13-летнем возрасте мне довелось поучаствовать в этаком «ёлочном марафоне» – 24 мероприятия в течение двух недель! Уже тогда почувствовал: мне комфортно на сцене, я заряжаюсь от зала. Тогда и сложилось понимание: да, это моё.

Но в кино пришел уже в осознанном возрасте – в 34 года. За плечами был армейский опыт, спорт. Сразу стали предлагать роли военных и оперативников. Сначала эпизоды, затем второй план. Технически кино оказалось сложнее, чем я думал: нужно не загородить партнёра, не перекрыть свет, понимать крупный план, не болтаться в кадре. Поэтому я стал учиться: актёрские курсы, мастер классы, интенсивы.

У меня были хорошие учителя и на съёмочной площадке: Эммануил Виторган, Сергей Гармаш, Владимир Стеклов. Впрочем, в нашей профессии нельзя сказать «я всему научился». Ты постоянно развиваешься – наблюдаешь, подмечаешь детали в людях, а потом привносишь это в персонаж.

– Насколько помогает в создании киношных образов ваш реальный жизненный опыт?

– Очень помогает. Например, у меня за плечами два года службы в армии – хорошая жизненная школа. Поэтому, когда я играл командира полка в сериале «Приказа умирать не было» или начальника дивизионной разведки в «Укрощении “Пантеры”», мне не нужно было придумывать «внутреннюю кухню». Такие роли даются легче, потому что я понимаю, как устроен армейский быт, как строятся отношения в коллективе.

Был и недолгий опыт работы в пожарной части, которая обслуживала ГЭС в Волгограде. Кое что из него мне пригодилось в сериале «Огонь», хотя многое пришлось вспоминать и учить заново. Например, старался уложиться в норматив по надеванию боевой одежды, вспомнил, как подключать магистраль и рукав. А ещё провёл смену с ребятами в пожарной части в Королёве – мне было важно прочувствовать их внутренний вайб. Из этого я и собирал своего персонажа. Добавил ему свои фишки: присказки, интонации, бытовые обороты.

– До 2021 года вы снимались в эпизодах, ролях второго плана, а потом пошла череда главных. Какая из них далась сложнее всего?

– Однозначно – роль прапорщика Проскурина, по прозвищу Дым Дымыч, в «Огне». Мы снимали в конце лета и в сентябре, стояла жара. Около пятидесяти смен, и почти в каждой мы «тушили пожары» в полной экипировке. Надеваешь её, начинаешь двигаться – через несколько минут ты весь мокрый. Помню одну смену на эстакаде: было +27, я чуть не получил тепловой удар. Но самое сложное было даже не это, а ощущение ответственности, что ты должен быть убедителен в каждом дубле.

ФОТО: из архива Владимира Бутенко / На съёмках сериала "Огонь" с Никитой Панфиловы.

Когда видишь, как настоящие пожарные ежедневно рискуют собой в таких условиях, понимаешь: их труд по-настоящему героический, хотя, к сожалению, незаслуженно малооплачиваемый. Работая над ролью, я хотел, чтобы зрители почувствовали уважение к этой профессии.

– Приходится ли приобретать новые навыки для съемок?

– Актёр должен уметь всё. Неплохо стреляю из АК 74 – ещё со службы, из «Glock», винтовок, лука. Для «Викинга» тренировался с каскадёрами, осваивал технику владения мечом. Освоил верховую езду, научился управлять собачьей упряжкой на Камчатке, и даже получил «водительское удостоверение каюра». Стараюсь не полагаться на дублёров в драках и трюках. Это важно для достоверности и собственного профессионального удовлетворения.

Самое сложное в профессии актёра – успеть. Графики жёсткие, а навыки нужно освоить быстро. Но я всегда нахожу время: самостоятельные тренировки, курсы, занятия с профи. Главное – не бояться начинать с нуля. Когда ты в кадре должен выглядеть убедительно, мотивация появляется сама собой. Это часть актёрской гибкости: быть готовым к любой задаче.

– Расскажите о ролях, которые были вам интересны потому, что предполагали некий актёрский вызов.

– В «Балаболе» –2 мой герой – следователь Грушевич, всё время соревновался с главным героем – оперативником Балабиным в исполнении Константина Юшкевича: кто быстрее раскроет, кто хитрее подойдёт к делу. Мне нравился этот игровой момент, динамика.

Запомнилась работа в сериале «Поселенцы», где у меня была большая роль бывшего оперативника под прикрытием Орехова, внедрённого в секту. Персонаж носил бороду и усы — а я их не ношу, летом в гриме очень жарко, и поесть проблематично (улыбается). Герой делал вид, что свой в секте, а параллельно искал способ её разоблачить без связи с внешним миром. Эта двойная задача держала в напряжении. А трюки – драки, падения, стрельбу старался делать без дублёра.

– А есть персонажи, при воплощении которых вы максимально ушли от привычного типажа?

– В фильме «Не лечи меня», где я играю робкого, застенчивого участкового в очках и с усиками, который не хочет связываться с резонансными делами, старается всё сгладить. Это не моя физика, не мой характер. Но мне нравится, когда меня не узнают, – значит, перевоплощение удалось!

При этом я чувствую себя заложником типажа, мне часто предлагают играть оперативников. Хочется вырваться, сыграть в лёгкой комедийной антрепризе, и я знаю, что могу быть смешным. Недавно даже приходил на пробы в комедийный сериал – и меня утвердили! Снова на оперативника…

– Зато вы попробовали себя в качестве режиссёра.

– Да, был такой опыт. Ежегодно меня приглашают в «Артек» на фестиваль «Алые паруса» имени Василия Ланового, где мы снимаем короткометражные фильмы с детьми, которым интересно прикоснуться к профессии. Так, в 2023 году я снял фильм с участием юных актеров. И хотя он не занял призовых мест, но мне кажется, получилась интересная работа. Ещё снял для себя два клипа на свои песни: был сценаристом, режиссёром, продюсером. Первый вышел в прошлом году, второй скоро выйдет. Есть планы на короткометражку и даже на полный метр, но пока это на стадии сценария и подготовки.

– А музыка – это тоже история про «всегда хотелось»?

– Стихи писал давно, даже в армии. Там же освоил гитару – на самых простых, дворовых, аккордах. Песни складывал «в стол». Пару лет назад мне сказали: «У тебя хорошие песни. Почему не выпускаешь?» Судьба свела с людьми из индустрии, познакомила с аранжировщиками. Летом 2024 года вышел мой первый трек, затем патриотическая песня «Славься, Родина», которую мне подарили. Клип второй вышел в июне этого года. В планах – альбом и сольные концерты.

ФОТО: из архива Владимира Бутенко / На концерте в рамках кинофестиваля "Липецкий выбор"

– В песне «Русский воин» вы отразили дух русского солдата от Невского и Суворова до наших дней…

– Песня родилась в 2024 году, как дань уважения к тем, кто служит и защищает. Мы, артисты, часто выступаем перед военными – в гарнизонах, госпиталях. Стараюсь также помогать через волонтёров: финансово или закупкой нужных вещей. Просто не афиширую это. Считаю, что патриотизм – это не громкие слова, а конкретные поступки.

В моей комнате с детства висел портрет деда, подполковника Александра Евдокимовича Бутенко, который прошёл всю войну до Кёнигсберга, дважды награждён орденом Красной Звезды, имеет медали «За отвагу» и «За взятие Кёнигсберга». Для меня это не просто история семьи – это часть общей памяти.

– Вы большой любитель животных. Недавно вели выставку пристройства собак на фестивале «Белый Бим»…

– Участие в фестивале в качестве ведущего выставки-пристройства было важным опытом, мы нашли дом нескольким собакам. Я всегда поддерживаю подобные истории репостами Проблема брошенных животных – чисто человеческая. Мы несём прямую ответственность за то, что они оказываются на улице. Нужно менять ситуацию. Со стороны государства необходим строгий контроль: ввести обязательную систему учёта, чипирование, штрафы за самовыгул, масштабную программу стерилизации и социализации, активнее пропагандировать ответственность и снимать больше пронзительного кино уровня «Белый Бим Чёрное ухо».

– Вы не останавливаетесь ни на одной из своих ипостасей: актёр, режиссёр, музыкант. Что вас сейчас больше всего «заряжает»?

– Возможность не стоять на месте. Делать новое, пробовать, ошибаться и снова пробовать. Сегодня ты снимаешь кино с детьми в «Артеке», завтра репетируешь сцену, послезавтра собираешь аранжировку. Главное – чтобы в этом была правда и эмоция. Если зритель или слушатель чувствует, что за этим стоит что то настоящее, – значит, всё не зря.